Официальный сайт Партии пенсионеров России

Флаг Партии пенсионеров России

Придумано неплохо

Официальная страница ПФР по РХ

Кормилец местных поселенцев

ПФРФ в Абакане

Моя Хакасия

Макет строящегося музея

Славлю трижды, которое будет

Здравствуйте, я ваша партия! Что впереди расстелется - всё позади останется.

Шило — о Кровостоке, психушке и совке / вДудь

26.4.2018

Картинки по запросу кровосток картинки

Воспоминания Марины Ефимовой «Литературные друзья»

Воспоминания Марины Ефимовой «Литературные друзья» 

19.4.2018

Поверх барьеров с Иваном Толстым. 

Картинки по запросу марина ефимова писатель

Рассказчица

Радио Свобода

Иосиф Бродский и Марина Ефимова
20180415-190500-RU081-program.mp3
13 MB

Продолжительность: 55:00

Вторая часть — Тамиздат и шире: Печатное дело русского зарубежья.

Кризис среднего возраста_Женщина_Руководство по эксплуатации №5

Так лежать, так сидеть, так смотреть

18.4.2018

Опубликовано: 17 апр. 2018 г.

Кризис среднего возраста – переломный момент в жизни мужчины. Именно это состоянии решили обсудить в своем свежем выпуске Анатолий Добин и Сергей Стиллавин.

Дорога на хер всегда без пробок

15.4.2018 

 13 апр.

Воспитайте в себе одну очень хорошую черту характера — никогда не выясняйте отношения с людьми, которые вас разочаровали. Просто молча оставьте их вместе со всем их дерьмом наедине и уйдите…

👌
«Гляжу в озера Сирии,

С Европой связи рву…

Зову себя Россиею,

Единственной зову.

Зову себя единственной,

Зову себя родной,

Таинственной, воинственной 

И каждый раз одной!

С «восьмерками», с «шестерками» 

Внутри любой семьи

Всегда кончались терками

Сношения мои!

Спроси, переспроси меня 

Душа кровит от ран!

Теперь вот эта Сирия,

А раньше был Иран.

 

 

В ответ  

прям так как есть ? ☺️

 5 часов назад

Всю жизнь меня бросаете,

С рожденья до седин!

Володя мой на саммите

Один, совсем один!

Да что ж вы все поджались-то,

Европские вожди?

Как нефть — всегда пожалуйста,

А с дружбой — обожди.

Для вас я хуже щелочи,

Ужасней кислоты!

Да я ж люблю вас, сволочи,

Люблю я вас, скоты!

Вы злой меня не видели!

У вас рога во лбу!

Засранцы, гады, пид*ры,

Видала вас в гробу!

Отдельная, особая,

Как водка или квас,

Большая, низколобая,

Как мой чиновный класс,

Аж трескаюсь от злобы я 

Гляди, взорвусь сейчас!

Одна, одна до гроба я,

Прощайте, тьфу на вас«.

В ответ  

Ефремов в образе современной России передал ее актуальное отношении ко всем миру

Типичные диалоги супружеских пар

 Забавный блог о диалогах, которые случаются в каждой семье 

7.4.2018

О СЕКСЕ

— Мы будем сегодня заниматься сексом? — Ну, если ты хочешь… — Нет, если ты хочешь… — Ну, если ты не хочешь… — Нет, если ты не хочешь…

И оба ложатся спать, демонстративно отвернувшись друг от друга.

О ЛЮБВИ

— Дорогой, ты меня любишь? — Ты что, дура что ли? Жил бы я с тобою, если не любил?

И вместо «я тебя люблю» она слышит в ответ «ты дура».

ОБ ОБЩЕНИИ

— Ты совсем перестал со мной общаться! — Потому что ты перестала меня слушать!

И они до утра общаются о том, что перестали друг с другом общаться.

О ПРОБЛЕМАХ

— Я думаю, нам пора сходить к психологу. — У тебя проблемы — вот ты и иди. У меня проблем нет.

И она идёт к психологу, а у него появляются проблемы.

О ДЕТЯХ

— Ты совсем не занимаешься детьми! — А ты воспитываешь их так, что лучше уж не воспитывала бы вообще!

И пока родители спорят, дети счастливы, что их наконец-то оставили в покое.

О РАБОТЕ

— Я устаю на работе. — А другие ещё и зарабатывают. — Могу вообще не работать. — Мне твои деньги не нужны.

И он продолжает работать, а она – жаловаться на отсутствие денег.

О МУЖСКОМ ВНИМАНИИ

— Почему ты ко мне невнимателен? — Что конкретно ты от меня хочешь? — Уже ничего!

И она обижается на его невнимательность, а он окончательно перестаёт понимать, что она от него хочет.

О ЖЕНСКОЙ РЕВНОСТИ

— Ты постоянно сморишь на других женщин! — Ни на кого я не смотрю!

И он отворачивается от неё в сторону, а она продолжает считать, что он смотрит на других женщин.

О ШТАМПЕ В ПАСПОРТЕ

— Мне надоело жить в гражданском браке, я хочу нормальной семьи! — Штамп в паспорте — чистая формальность. Я не расписываюсь с тобой лишь потому, что ты этого не понимаешь.

И он, как всегда, удивляется женской логике, а она не удивляется мужской.

О РАЗВОДЕ

— Я с тобой разведусь! — Хватит меня шантажировать!

И каждый злится, что его слова не воспринимаются всерьёз.

О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ

— Дорогая, как ты думаешь, в чём смысл жизни? — Мне некогда задавать себе подобные вопросы — я по хозяйству не успеваю…

И он заводит себе любовницу, а она продолжает не успевать по хозяйству.

ОБО ВСЁМ

— Меня всё достало! — Успокойся… — Больше всего меня достало твоё «успокойся»!!!

И она продолжает успокаивать, а он — злиться.

НИ О ЧЁМ

— Я ни в чём не виновата! — Ты хочешь сказать, что это я в чём-то виноват?! — Не обвиняй меня в том, чего я не говорила! — Не замечаешь, ты только что сама заявила, что я хочу тебя в чём-то обвинить?!

И так по кругу…

  Борис Новодержкин

Сноб

Самые глупые советы психологов женщинам_Разбор

Чувственный и фантазийный эффект

Этот смердящий запах похоти

6.4.2018

Мужская профессия сутенер

 

Древнейшая мужская профессия

Чем секс-коуч отличается от сутенера

5.4.2018

Женский тренер, секс-коуч, сводник, сутенер — разница между тем, что скрывается за определениями, прежде всего в отношении общества к самому занятию. А если учесть, что среди представителей древнейшей профессии попадаются люди неординарные и даже талантливые, отношение это тоже весьма неоднозначное.

 Читайте также:

Монолог прокурора

 

 

 

 

 

 

На войну в атаку гонит пьяный командир

ЕКАТЕРИНА ДРАНКИНА

Секса в Советском Союзе, конечно, не было, проституции тем более, а вот очень известный сутенер, или сводник, или, как он сам себя называл, «свах» — был. Звали его Сергей Иванович Чудаков, и его профессиональную принадлежность увековечил Иосиф Бродский, написав посмертное (на самом деле нет — слухи о смерти Чудакова оказались преувеличенными) стихотворение «Имяреку, тебе».
«…Где на ощупь и слух наколол ты свои полюса
В мокром космосе злых корольков и визгливых сиповок»,— писал Бродский в 1973 году уже из штата Мичиган своему якобы покойному московскому приятелю.

Другие ипостаси Чудакова в этом стихотворении тоже отмечены: проведя детство на Колыме, в лагере, начальником которого был то ли его отец, то ли отчим, Чудаков стал вором (воровал книги в библиотеках и где придется), антисоветчиком и поэтом. Поэтом, при жизни почти не издававшимся, но многими, в том числе Бродским, ценимым:
«…Тебе, сыну вдовой кондукторши от то ли Духа Святого,
То ли поднятой пыли дворовой,
Похитителю книг, сочинителю лучшей из од
На паденье А. С. в кружева и к ногам Гончаровой».
Под лучшей одой имеется в виду единственное, наверное, ставшее известным стихотворение Чудакова «Пушкина играли на рояле».

«Свах» широкого профиля

Рисунок: Варвара Аляй

Осенью 1973 года по Москве прошел слух, что 46-летний поэт Сергей Чудаков умер — то ли на улице замерз, то ли убили. Литературная общественность поверила этому слуху безоговорочно, несмотря на отсутствие трупа. Чудаков был личностью хоть и известной, но маргинальной: никогда нигде не работал (хотя внештатно много где печатал статьи и театральные рецензии), с журфака МГУ в свое время был отчислен (в архивах есть соответствующие бумаги от 1956 года за подписью бессменного руководителя факультета Ясена Засурского, на тот момент замдекана), был неопрятен (дамы вспоминают, что от него попахивало) и не особенно скрывал источники своих заработков. «Я живу на доходы от школьницы, на костре меня мало спалить!» — каялся он в одном из стихотворений.

За упокой души якобы погибшего Чудакова пили в самых разных столичных богемных компаниях. А через несколько месяцев, по свидетельству современников, он появился в Москве как ни в чем не бывало, очень довольный произведенным эффектом. Годом позже Чудаков был арестован, признан невменяемым, отправлен в психиатрическую клинику и остававшиеся ему 13 лет жизни провел совсем худо — между психушками и улицей — и умер, очевидно, бомжом. «Человек с шагаловским раскосым лицом и пропащей судьбой»,— описывала его задолго до смерти киновед Майя Туровская.

Но в 1960-е — начале 1970-х степень известности Чудакова была удивительной. Подвижник-литературовед, банковский служащий Владимир Орлов, в начале уже этого века собравший вместе с поэтом Иваном Ахметьевым огромную базу информации о Чудакове и издавший сначала книгу его стихов, а потом и книгу о нем самом, обнаружил, что о Чудакове можно запросто спрашивать любого более или менее известного человека старше 75 лет — и какие-нибудь байки да услышишь. Обязательно — про то, каким Чудаков был веретеном: иной день казалось, что одновременно в Ленинке он клеит девиц, на «Мосфильме» уговаривает Тарковского снять его в «Андрее Рублеве», на спектакль Таганки лезет чуть ли не через трубу, в любые гости — без приглашения.

Или про его профессиональную деятельность. Тут составить единую картину сложно. Одни говорили, что в определенный момент он был буквально содержателем борделя. Евгений Рейн вспоминал, что встретил Чудакова, одетого непривычно дорого, на Арбате и тот отвел его на экскурсию в арендуемый им подвал фотографа Тункеля (главный фотограф тогдашнего «Огонька») на улице Маркса и Энгельса. В этот подвал якобы приходили какие-то кавказские люди и выбирали из находившихся там девиц. Сценарист Олег Осетинский, наоборот, рассказывал, что борделя как такового не было, а были десятки и сотни телефонов девиц, подцепленных главным образом в библиотеках («Из Некрасовки меня выгнали, а в Ленинке много чудесных книг, но красивых девочек совсем немного!» — якобы как-то кричал поэт, заламывая руки) и по мере надобности доставляемых клиентам.

Осетинский вспоминал о первом сутенерском заработке Чудакова: некий окололитературный функционер, осчастливленный «случайно забытой» Чудаковым у него в гостях девицей, выдал начинающему своднику 100 руб.

«Ну вот смотри! — описывал, со слов Чудакова, Осетинский процесс «клейки девиц» в книге «Сергей Чудаков. Поэт и сутенер» (труд вышел под псевдонимом Антонина Чуркина).— Я замечаю где-нибудь в кафе одинокую провинциалку — начинаю атаку — с веселой улыбки… оглушаю напором забавных анекдотов из жизни звезд — намекнув, что я с ними очень даже хорошо знаком, потом доверительно — как с равной — беседую с ней о современном кино — примерно вот так: «Ну ты понимаешь, киска,— Феллини, конечно, был гуманней, чем Антониони, но Антониони утонченнее, увлекательнее — согласна?»… Потом совершенно бесстрастно — как нечто вполне естественное, даже заурядное в наше время! — начинаю вскрывать ее комсомольскую душу, как устрицу, ножичком эротических сведений — строго научно: «Это совершенно научные данные, киска! Пойми, ведь «Кама-Сутра» — это строго научный прейскурант практических правил о любви и сексе, которые любая образованная девушка должна знать наизусть, как «Чудное мгновенье» Пушкина! — или как «Дядю Степу» Михалкова»… — и тут же, без перехода, небрежно так кидаю ей крючок с главной наживкой: «Ты, киска, конечно, девушка современная, умная, свободная — ты лишена старорежимных средневековых ханжеских предрассудков»…»

К воспоминаниям Олега Осетинского (в последние годы нехорошо известного по книге дочери, пианистки Полины Осетинской, представившей шокирующие свидетельства отцовской жестокости) специалисты по творчеству Чудакова призывают относиться с осторожностью, поймав автора на ряде искажений. Тем не менее жертвы Чудакова, очевидно, описаны здесь верно. Литературовед Сергей Бочаров вспоминал, что как-то он дал Чудакову том Островского под залог паспорта (иначе бы не вернул) — и через месяц книга была возвращена исписанная женскими именами с телефонами: «Это он промышлял. На улице знакомился с провинциальными девками, которые приехали сюда, и их соблазнял перспективами сниматься в кино. Он поставлял их киношникам, даже каким-то писателям. На этом и погорел потом». Библиотекарь Татьяна Маслова рассказывает, что клиентами Чудакова были «известные люди сейчас, да и в те времена уже были известные; я не хочу называть этих людей».

Согласно большинству свидетельств, девицы в арсенале Чудакова были «так себе», «провинциальные растерянные дурочки, провалившие экзамены в вузы». Математик Илья Иослович, например, вспоминал, как встретил своего коллегу Липу Смоляра, который на улице что-то жарко обсуждал с Чудаковым. Липа позже признался ему, что Чудаков поставлял за деньги девиц и спор был о качестве поставки: «Я говорил, что качество совершенно не годится, а он настаивал, что в девице масса достоинств и я ничего не понимаю».

По свидетельству Осетинского, наоборот, клиентам поважнее Чудаков приводил авантажных столичных барышень, которых как раз на фоне оттепели и новых свобод проще, чем провинциалок, было уболтать на что угодно. В своей книге он рассказывает даже о семинарах, на которые Чудаков приглашал первых юных красавиц Москвы и рассказывал им о премудростях секса и «самых действенных» способах удачно выйти замуж.

Сам Чудаков против определения «сутенер» категорически возражал и, судя по воспоминаниям Осетинского, занятие свое временами оправдывал: «Что ты, какой сутенер! Я вот недавно привез Михайлову одну из самых боевых моих львовских девочек — и знаешь, что случилось? Он на ней на днях женится… Я не сутенер, я сваха, или так: я сваха мужского рода — свах».

Сутенеры vs сводники

Рисунок: Варвара Аляй

«Я для олигархов ищу жен или любовниц за бешеные деньги — а вы меня делаете каким-то pimp (сутенером.— “Ъ”)»,— обиделся Петр Листерман на присланные ему «Коммерсантом» вопросы, и отказался на них отвечать. Впрочем, он признался, что сейчас ему просто неохота общаться с прессой. До того он неоднократно рассказывал, что продал за миллион свою жену и готов продать всех последующих жен, любовниц и просто знакомых, лишь бы платили.

До появления Алекса Лесли Петр Листерман был самым известным в России женским наставником. Как известно, именно он открыл для олигархов Куршевель, поместил их туда компактно и начал планомерно бомбардировать хорошо экипированными отрядами девиц. Дело в том, что в юности, еще до перестройки, он женился на француженке, уехал к ней и работал в Куршевеле лыжным инструктором. Собственно, работу инструктором в Куршевеле он продолжил, но уже в несколько ином качестве — обучал завезенных девушек, как правильно себя вести в этих перспективных горах.

Строго говоря, ни он, ни его предшественник Сергей Чудаков сутенерами и вправду не являются. Сутенерство — это самое настоящее дно и работорговля, сводничество — нечто иное. Женщины не принадлежат своднику, он получает деньги за факт знакомства, а что происходит между сторонами сделки в дальнейшем — женятся, расходятся, ссорятся,— фактически не его дело.

Сутенер — профессия, традиционно неуважаемая даже в криминальных кругах. Известно, например, что членом коза ностра не мог стать человек, занимавшийся когда-либо этим ремеслом, а в тюрьмах к сутенерам относятся почти как к педофилам.

Но в современном толерантном мире все меняется. Владелец сети публичных домов в штате Невада Деннис Хоф — уважаемый член Республиканской партии, выступает в университетах. Бывшая проститутка, создательница известного эскорт-агентства Кристин Дэвис (Манхэттенская Мадам) баллотировалась в губернаторы штата и даже набрала какое-то количество голосов. Самым уважаемым сутенером в свое время был писатель Айсберг Слим, автор книги «Pimp: the Story of my Life». Многие представители гангста-рэпа говорили, что Слим был их кумиром в детстве, а рэпер Айс-Ти даже рассказывал без стеснения, как пытался сутенерить, используя в качестве теоретического пособия книжку Слима.

«Слим сделал для сутенеров то же, что Жан Жене сделал для гомосексуалистов или Уильям Берроуз — для наркоманов: описал их чувства и мысли словами человека, который был в их шкуре» — так оценивал значение в современной культуре Слима шведский писатель Ирвин Уэлш.

Петр Листерман, владелец агентства VIP-знакомств, писатель, персонаж светской хроники, от pimp так рьяно открещивается, очевидно, просто в силу возраста. Листерман родился в 1957 году, в его детстве терпимостью к сводникам или сутенерам в обществе и не пахло — это убедительно доказывает пример Чудакова. «Чудаков знакомил девушек с писателями, поэтами, композиторами, даже чиновниками… Эти же люди потом в ЦДЛ, в Домжуре от него отходили — непрестижно было с ним общаться»,— вспоминает Татьяна Маслова.

После перестройки, однако, изменения в этой области произошли колоссальные.

«Все началось, очевидно, с фильма «Интердевочка»,— рассказывает специалист по гендерным исследованиям, кандидат культурологии Ольга Чепрунова.— Я помню, что в научном сообществе был шок, когда проводился какой-то опрос в школах и довольно значительная часть старшеклассниц написали, что они хотят стать проститутками. Это, конечно, был результат того, что в Советском Союзе именно на дискурсивном уровне не было секса. Поэтому сразу, как секс появился, он занял такое огромное место в сознании. Возникло ощущение, что это какой-то принципиально новый, чудесный инструмент, с помощью которого можно наилучшим образом устроить жизнь».

Тогда же, в 1990-е, сформировался культурный феномен под названием «российский чиклит» (chick lit, «литература цыпочек»). В отличие от американского чиклита (Кэндес Бушнелл, Джеки Коллинз и другие) большинство героинь российской литературы этого сорта вовсе не наслаждаются жизнью «в большом городе» и за его пределами, а стремятся к конкретной цели — заполучить состоятельного мужчину, лучше «взамуж», но можно и так.

Королевой российского чиклита стала Оксана Робски, за ней выстроился хвост менее удачливых последовательниц.

В нулевые, начальные годы «путинского гламура», отражение темы в масскульте меняется: вместо одиноких авантюристок, борющихся за свое счастье, появляется целая инфраструктура — светское общество, куда нужно проникнуть, и «проводники», которые в этом помогут. В таких фильмах, как «Глянец» Андрона Кончаловского, образы ищущей богатства авантюристки и сводника гламуризируются еще больше — в картине, кстати, один из персонажей отсылает как раз к Листерману.

«История Золушки, конечно, в любой культуре остается одним из базовых сюжетов, прежде всего в странах третьего мира,— замечает Ольга Чепрунова.— Но у нас в силу исторических обстоятельств инфантильная, рассчитанная на чудо стратегия востребована особенно».

Такое впечатление, что развитие шло по нарастающей: количество курсов, книг, историй успеха из глянцевых журналов росло в геометрической прогрессии, армия новых претендентов взойти на этот олимп — тоже.

«Выгнали из борделя за… разврат»

Рисунок: Варвара Аляй

Алекс Лесли на бескрайнем новообразованном рынке секс-тренингов был совершенным enfant terrible. Потому что растил не устремленных через тернии замуж лояльных телочек, а хулиганок и провокаторш.

Большинство секс-тренингов направлено на конкретную цель — став одновременно Клеопатрой и маркизой де Помпадур, ученицы получат богатого мужа или любовника. Всё! Самые пещерные сексистские догмы подаются здесь в чистом виде, без соуса — и имеют неизменный успех.

«Женщина должна жить полностью за счет мужчины»,— изрекает Сергей Байгужанин, «успешный женский тренер номер один, мотивационный спикер, психолог», автор книги «Искусство быть женщиной. Мастер-классы для настоящих богинь». «Байгужанки», по словам их руководителя, в основном становятся содержанками, но живут как сыр в масле: в Москве на доход меньше 500 тыс. руб. в месяц не соглашаются.

Павел Раков с тренингом «Почему я такая умная, а живу как дура» собирает тысячные аудитории. На занятиях 48-летний отец двоих детей ставит женщин на карачки, бьет их по попе лопатой, поливает водой и заставляет в кровь биться за стулья, чтобы прокачать навыки завоевания мужчины и обладания им.

Тренинги Алекса Лесли, судя по всему, сильно отличались от всего вышеперечисленного. Во-первых, ценой. Участники злополучной программы в Таиланде за четырехдневный курс платили порядка $1,4 тыс. (двухдневный тренинг Павла Ракова, например, стоит 6 тыс. руб.). Во-вторых, составом участников. Автор книг про пикап собирал представителей обоих полов, объясняя, что сделает из мужчин «мастеров», а из женщин — «охотниц». И в-третьих, подходом. Лесли, судя по всему, является искренним приверженцем промискуитета, на своих курсах он ратует за радости чистого секса, не обремененного никакими путами, а моногамные отношения на его курсах объявлены «крысятничеством». «Влюбить, привязать, заставить думать о тебе и сгорать от страсти любого мужчину. Охотнице подвластны все,— говорится на сайте Алекса Лесли.— Ее жизнь — это кино и приключения, азарт и страсть, боевые напарницы и полная вседозволенность. Она умеет все — быть ласковой и любящей и дарить заботу и тепло, быть адской стервой, бесценной и неподкупной и тем самым — такой манящей».

Но смысл всей этой суеты, собственно, в завоевании. Дальше следует завоевывать кого-то еще, иначе скучно. Судя по книге Насти Рыбки, «сектантки», как называли себя участницы тренингов, основную задачу видели не в соблазнении олигархов, а в эпатировании публики, но еще большее впечатление они хотели произвести на «своих». Ощущали себя частью стаи и хотели в этой стае оставаться.

Записи на яхте Олега Дерипаски, которые, очевидно, и стали причиной дальнейших неприятностей, Рыбка делала по заданию Лесли «для отчета».

Все последующее — сумбурные и безрассудные действия: обвинение Дерипаски в изнасиловании, требование жениться, заявления (уже из тайской тюрьмы) о тоннах компромата — чистой воды эпатаж, к которому обычные представительницы российской породы «охотниц на олигархов» совсем не склонны.

Конечно, женщины с такими расплывчатыми жизненными ценностями, как Настя Рыбка, никак не должны были оказаться ни на каких яхтах. Листерман, очевидно, такой оплошности не допустил бы. Но Листерман — фигура из 1990-х, сегодня от его монополии на рынке воспитания подруг для состоятельных господ не осталось и следа. Рынок заполоняют десятки и сотни персонажей с самыми экзотическими взглядами на жизнь и методами работы, а в результате на дело выходят тысячи «охотниц».

СМИ: В Таиланде Рыбку и Лесли обвинили в изнасиловании

 

Настя Рыбка и Алекс Лесли провели в тюрьме Таиланда уже месяц. За незаконный секс-тренинг в Паттайе они были арестованы, конечно, не потому, что в обществе — тайском или российском — неожиданно резко ужесточились моральные принципы. Лояльность к профессии сводников и к людям, с помощью которых сводники зарабатывают, сегодня, наоборот, высока как никогда. Как раз в результате этой возросшей лояльности рынок переполнился, и ориентироваться на нем стало, видимо, трудно.

«Коммерсантъ» от 31.03.2018

Древнейшая мужская профессия

Чем секс-коуч отличается от сутенера

5.4.2018

Женский тренер, секс-коуч, сводник, сутенер — разница между тем, что скрывается за определениями, прежде всего в отношении общества к самому занятию. А если учесть, что среди представителей древнейшей профессии попадаются люди неординарные и даже талантливые, отношение это тоже весьма неоднозначное.

 Читайте также:

Монолог прокурора

ЕКАТЕРИНА ДРАНКИНА

Секса в Советском Союзе, конечно, не было, проституции тем более, а вот очень известный сутенер, или сводник, или, как он сам себя называл, «свах» — был. Звали его Сергей Иванович Чудаков, и его профессиональную принадлежность увековечил Иосиф Бродский, написав посмертное (на самом деле нет — слухи о смерти Чудакова оказались преувеличенными) стихотворение «Имяреку, тебе».
«…Где на ощупь и слух наколол ты свои полюса
В мокром космосе злых корольков и визгливых сиповок»,— писал Бродский в 1973 году уже из штата Мичиган своему якобы покойному московскому приятелю.

Другие ипостаси Чудакова в этом стихотворении тоже отмечены: проведя детство на Колыме, в лагере, начальником которого был то ли его отец, то ли отчим, Чудаков стал вором (воровал книги в библиотеках и где придется), антисоветчиком и поэтом. Поэтом, при жизни почти не издававшимся, но многими, в том числе Бродским, ценимым:
«…Тебе, сыну вдовой кондукторши от то ли Духа Святого,
То ли поднятой пыли дворовой,
Похитителю книг, сочинителю лучшей из од
На паденье А. С. в кружева и к ногам Гончаровой».
Под лучшей одой имеется в виду единственное, наверное, ставшее известным стихотворение Чудакова «Пушкина играли на рояле».

«Свах» широкого профиля

Рисунок: Варвара Аляй

Осенью 1973 года по Москве прошел слух, что 46-летний поэт Сергей Чудаков умер — то ли на улице замерз, то ли убили. Литературная общественность поверила этому слуху безоговорочно, несмотря на отсутствие трупа. Чудаков был личностью хоть и известной, но маргинальной: никогда нигде не работал (хотя внештатно много где печатал статьи и театральные рецензии), с журфака МГУ в свое время был отчислен (в архивах есть соответствующие бумаги от 1956 года за подписью бессменного руководителя факультета Ясена Засурского, на тот момент замдекана), был неопрятен (дамы вспоминают, что от него попахивало) и не особенно скрывал источники своих заработков. «Я живу на доходы от школьницы, на костре меня мало спалить!» — каялся он в одном из стихотворений.

За упокой души якобы погибшего Чудакова пили в самых разных столичных богемных компаниях. А через несколько месяцев, по свидетельству современников, он появился в Москве как ни в чем не бывало, очень довольный произведенным эффектом. Годом позже Чудаков был арестован, признан невменяемым, отправлен в психиатрическую клинику и остававшиеся ему 13 лет жизни провел совсем худо — между психушками и улицей — и умер, очевидно, бомжом. «Человек с шагаловским раскосым лицом и пропащей судьбой»,— описывала его задолго до смерти киновед Майя Туровская.

Но в 1960-е — начале 1970-х степень известности Чудакова была удивительной. Подвижник-литературовед, банковский служащий Владимир Орлов, в начале уже этого века собравший вместе с поэтом Иваном Ахметьевым огромную базу информации о Чудакове и издавший сначала книгу его стихов, а потом и книгу о нем самом, обнаружил, что о Чудакове можно запросто спрашивать любого более или менее известного человека старше 75 лет — и какие-нибудь байки да услышишь. Обязательно — про то, каким Чудаков был веретеном: иной день казалось, что одновременно в Ленинке он клеит девиц, на «Мосфильме» уговаривает Тарковского снять его в «Андрее Рублеве», на спектакль Таганки лезет чуть ли не через трубу, в любые гости — без приглашения.

Или про его профессиональную деятельность. Тут составить единую картину сложно. Одни говорили, что в определенный момент он был буквально содержателем борделя. Евгений Рейн вспоминал, что встретил Чудакова, одетого непривычно дорого, на Арбате и тот отвел его на экскурсию в арендуемый им подвал фотографа Тункеля (главный фотограф тогдашнего «Огонька») на улице Маркса и Энгельса. В этот подвал якобы приходили какие-то кавказские люди и выбирали из находившихся там девиц. Сценарист Олег Осетинский, наоборот, рассказывал, что борделя как такового не было, а были десятки и сотни телефонов девиц, подцепленных главным образом в библиотеках («Из Некрасовки меня выгнали, а в Ленинке много чудесных книг, но красивых девочек совсем немного!» — якобы как-то кричал поэт, заламывая руки) и по мере надобности доставляемых клиентам.

Осетинский вспоминал о первом сутенерском заработке Чудакова: некий окололитературный функционер, осчастливленный «случайно забытой» Чудаковым у него в гостях девицей, выдал начинающему своднику 100 руб.

«Ну вот смотри! — описывал, со слов Чудакова, Осетинский процесс «клейки девиц» в книге «Сергей Чудаков. Поэт и сутенер» (труд вышел под псевдонимом Антонина Чуркина).— Я замечаю где-нибудь в кафе одинокую провинциалку — начинаю атаку — с веселой улыбки… оглушаю напором забавных анекдотов из жизни звезд — намекнув, что я с ними очень даже хорошо знаком, потом доверительно — как с равной — беседую с ней о современном кино — примерно вот так: «Ну ты понимаешь, киска,— Феллини, конечно, был гуманней, чем Антониони, но Антониони утонченнее, увлекательнее — согласна?»… Потом совершенно бесстрастно — как нечто вполне естественное, даже заурядное в наше время! — начинаю вскрывать ее комсомольскую душу, как устрицу, ножичком эротических сведений — строго научно: «Это совершенно научные данные, киска! Пойми, ведь «Кама-Сутра» — это строго научный прейскурант практических правил о любви и сексе, которые любая образованная девушка должна знать наизусть, как «Чудное мгновенье» Пушкина! — или как «Дядю Степу» Михалкова»… — и тут же, без перехода, небрежно так кидаю ей крючок с главной наживкой: «Ты, киска, конечно, девушка современная, умная, свободная — ты лишена старорежимных средневековых ханжеских предрассудков»…»

К воспоминаниям Олега Осетинского (в последние годы нехорошо известного по книге дочери, пианистки Полины Осетинской, представившей шокирующие свидетельства отцовской жестокости) специалисты по творчеству Чудакова призывают относиться с осторожностью, поймав автора на ряде искажений. Тем не менее жертвы Чудакова, очевидно, описаны здесь верно. Литературовед Сергей Бочаров вспоминал, что как-то он дал Чудакову том Островского под залог паспорта (иначе бы не вернул) — и через месяц книга была возвращена исписанная женскими именами с телефонами: «Это он промышлял. На улице знакомился с провинциальными девками, которые приехали сюда, и их соблазнял перспективами сниматься в кино. Он поставлял их киношникам, даже каким-то писателям. На этом и погорел потом». Библиотекарь Татьяна Маслова рассказывает, что клиентами Чудакова были «известные люди сейчас, да и в те времена уже были известные; я не хочу называть этих людей».

Согласно большинству свидетельств, девицы в арсенале Чудакова были «так себе», «провинциальные растерянные дурочки, провалившие экзамены в вузы». Математик Илья Иослович, например, вспоминал, как встретил своего коллегу Липу Смоляра, который на улице что-то жарко обсуждал с Чудаковым. Липа позже признался ему, что Чудаков поставлял за деньги девиц и спор был о качестве поставки: «Я говорил, что качество совершенно не годится, а он настаивал, что в девице масса достоинств и я ничего не понимаю».

По свидетельству Осетинского, наоборот, клиентам поважнее Чудаков приводил авантажных столичных барышень, которых как раз на фоне оттепели и новых свобод проще, чем провинциалок, было уболтать на что угодно. В своей книге он рассказывает даже о семинарах, на которые Чудаков приглашал первых юных красавиц Москвы и рассказывал им о премудростях секса и «самых действенных» способах удачно выйти замуж.

Сам Чудаков против определения «сутенер» категорически возражал и, судя по воспоминаниям Осетинского, занятие свое временами оправдывал: «Что ты, какой сутенер! Я вот недавно привез Михайлову одну из самых боевых моих львовских девочек — и знаешь, что случилось? Он на ней на днях женится… Я не сутенер, я сваха, или так: я сваха мужского рода — свах».

Сутенеры vs сводники

Рисунок: Варвара Аляй

«Я для олигархов ищу жен или любовниц за бешеные деньги — а вы меня делаете каким-то pimp (сутенером.— “Ъ”)»,— обиделся Петр Листерман на присланные ему «Коммерсантом» вопросы, и отказался на них отвечать. Впрочем, он признался, что сейчас ему просто неохота общаться с прессой. До того он неоднократно рассказывал, что продал за миллион свою жену и готов продать всех последующих жен, любовниц и просто знакомых, лишь бы платили.

До появления Алекса Лесли Петр Листерман был самым известным в России женским наставником. Как известно, именно он открыл для олигархов Куршевель, поместил их туда компактно и начал планомерно бомбардировать хорошо экипированными отрядами девиц. Дело в том, что в юности, еще до перестройки, он женился на француженке, уехал к ней и работал в Куршевеле лыжным инструктором. Собственно, работу инструктором в Куршевеле он продолжил, но уже в несколько ином качестве — обучал завезенных девушек, как правильно себя вести в этих перспективных горах.

Строго говоря, ни он, ни его предшественник Сергей Чудаков сутенерами и вправду не являются. Сутенерство — это самое настоящее дно и работорговля, сводничество — нечто иное. Женщины не принадлежат своднику, он получает деньги за факт знакомства, а что происходит между сторонами сделки в дальнейшем — женятся, расходятся, ссорятся,— фактически не его дело.

Сутенер — профессия, традиционно неуважаемая даже в криминальных кругах. Известно, например, что членом коза ностра не мог стать человек, занимавшийся когда-либо этим ремеслом, а в тюрьмах к сутенерам относятся почти как к педофилам.

Но в современном толерантном мире все меняется. Владелец сети публичных домов в штате Невада Деннис Хоф — уважаемый член Республиканской партии, выступает в университетах. Бывшая проститутка, создательница известного эскорт-агентства Кристин Дэвис (Манхэттенская Мадам) баллотировалась в губернаторы штата и даже набрала какое-то количество голосов. Самым уважаемым сутенером в свое время был писатель Айсберг Слим, автор книги «Pimp: the Story of my Life». Многие представители гангста-рэпа говорили, что Слим был их кумиром в детстве, а рэпер Айс-Ти даже рассказывал без стеснения, как пытался сутенерить, используя в качестве теоретического пособия книжку Слима.

«Слим сделал для сутенеров то же, что Жан Жене сделал для гомосексуалистов или Уильям Берроуз — для наркоманов: описал их чувства и мысли словами человека, который был в их шкуре» — так оценивал значение в современной культуре Слима шведский писатель Ирвин Уэлш.

Петр Листерман, владелец агентства VIP-знакомств, писатель, персонаж светской хроники, от pimp так рьяно открещивается, очевидно, просто в силу возраста. Листерман родился в 1957 году, в его детстве терпимостью к сводникам или сутенерам в обществе и не пахло — это убедительно доказывает пример Чудакова. «Чудаков знакомил девушек с писателями, поэтами, композиторами, даже чиновниками… Эти же люди потом в ЦДЛ, в Домжуре от него отходили — непрестижно было с ним общаться»,— вспоминает Татьяна Маслова.

После перестройки, однако, изменения в этой области произошли колоссальные.

«Все началось, очевидно, с фильма «Интердевочка»,— рассказывает специалист по гендерным исследованиям, кандидат культурологии Ольга Чепрунова.— Я помню, что в научном сообществе был шок, когда проводился какой-то опрос в школах и довольно значительная часть старшеклассниц написали, что они хотят стать проститутками. Это, конечно, был результат того, что в Советском Союзе именно на дискурсивном уровне не было секса. Поэтому сразу, как секс появился, он занял такое огромное место в сознании. Возникло ощущение, что это какой-то принципиально новый, чудесный инструмент, с помощью которого можно наилучшим образом устроить жизнь».

Тогда же, в 1990-е, сформировался культурный феномен под названием «российский чиклит» (chick lit, «литература цыпочек»). В отличие от американского чиклита (Кэндес Бушнелл, Джеки Коллинз и другие) большинство героинь российской литературы этого сорта вовсе не наслаждаются жизнью «в большом городе» и за его пределами, а стремятся к конкретной цели — заполучить состоятельного мужчину, лучше «взамуж», но можно и так.

Королевой российского чиклита стала Оксана Робски, за ней выстроился хвост менее удачливых последовательниц.

В нулевые, начальные годы «путинского гламура», отражение темы в масскульте меняется: вместо одиноких авантюристок, борющихся за свое счастье, появляется целая инфраструктура — светское общество, куда нужно проникнуть, и «проводники», которые в этом помогут. В таких фильмах, как «Глянец» Андрона Кончаловского, образы ищущей богатства авантюристки и сводника гламуризируются еще больше — в картине, кстати, один из персонажей отсылает как раз к Листерману.

«История Золушки, конечно, в любой культуре остается одним из базовых сюжетов, прежде всего в странах третьего мира,— замечает Ольга Чепрунова.— Но у нас в силу исторических обстоятельств инфантильная, рассчитанная на чудо стратегия востребована особенно».

Такое впечатление, что развитие шло по нарастающей: количество курсов, книг, историй успеха из глянцевых журналов росло в геометрической прогрессии, армия новых претендентов взойти на этот олимп — тоже.

«Выгнали из борделя за… разврат»

Рисунок: Варвара Аляй

Алекс Лесли на бескрайнем новообразованном рынке секс-тренингов был совершенным enfant terrible. Потому что растил не устремленных через тернии замуж лояльных телочек, а хулиганок и провокаторш.

Большинство секс-тренингов направлено на конкретную цель — став одновременно Клеопатрой и маркизой де Помпадур, ученицы получат богатого мужа или любовника. Всё! Самые пещерные сексистские догмы подаются здесь в чистом виде, без соуса — и имеют неизменный успех.

«Женщина должна жить полностью за счет мужчины»,— изрекает Сергей Байгужанин, «успешный женский тренер номер один, мотивационный спикер, психолог», автор книги «Искусство быть женщиной. Мастер-классы для настоящих богинь». «Байгужанки», по словам их руководителя, в основном становятся содержанками, но живут как сыр в масле: в Москве на доход меньше 500 тыс. руб. в месяц не соглашаются.

Павел Раков с тренингом «Почему я такая умная, а живу как дура» собирает тысячные аудитории. На занятиях 48-летний отец двоих детей ставит женщин на карачки, бьет их по попе лопатой, поливает водой и заставляет в кровь биться за стулья, чтобы прокачать навыки завоевания мужчины и обладания им.

Тренинги Алекса Лесли, судя по всему, сильно отличались от всего вышеперечисленного. Во-первых, ценой. Участники злополучной программы в Таиланде за четырехдневный курс платили порядка $1,4 тыс. (двухдневный тренинг Павла Ракова, например, стоит 6 тыс. руб.). Во-вторых, составом участников. Автор книг про пикап собирал представителей обоих полов, объясняя, что сделает из мужчин «мастеров», а из женщин — «охотниц». И в-третьих, подходом. Лесли, судя по всему, является искренним приверженцем промискуитета, на своих курсах он ратует за радости чистого секса, не обремененного никакими путами, а моногамные отношения на его курсах объявлены «крысятничеством». «Влюбить, привязать, заставить думать о тебе и сгорать от страсти любого мужчину. Охотнице подвластны все,— говорится на сайте Алекса Лесли.— Ее жизнь — это кино и приключения, азарт и страсть, боевые напарницы и полная вседозволенность. Она умеет все — быть ласковой и любящей и дарить заботу и тепло, быть адской стервой, бесценной и неподкупной и тем самым — такой манящей».

Но смысл всей этой суеты, собственно, в завоевании. Дальше следует завоевывать кого-то еще, иначе скучно. Судя по книге Насти Рыбки, «сектантки», как называли себя участницы тренингов, основную задачу видели не в соблазнении олигархов, а в эпатировании публики, но еще большее впечатление они хотели произвести на «своих». Ощущали себя частью стаи и хотели в этой стае оставаться.

Записи на яхте Олега Дерипаски, которые, очевидно, и стали причиной дальнейших неприятностей, Рыбка делала по заданию Лесли «для отчета».

Все последующее — сумбурные и безрассудные действия: обвинение Дерипаски в изнасиловании, требование жениться, заявления (уже из тайской тюрьмы) о тоннах компромата — чистой воды эпатаж, к которому обычные представительницы российской породы «охотниц на олигархов» совсем не склонны.

Конечно, женщины с такими расплывчатыми жизненными ценностями, как Настя Рыбка, никак не должны были оказаться ни на каких яхтах. Листерман, очевидно, такой оплошности не допустил бы. Но Листерман — фигура из 1990-х, сегодня от его монополии на рынке воспитания подруг для состоятельных господ не осталось и следа. Рынок заполоняют десятки и сотни персонажей с самыми экзотическими взглядами на жизнь и методами работы, а в результате на дело выходят тысячи «охотниц».

СМИ: В Таиланде Рыбку и Лесли обвинили в изнасиловании

 

Настя Рыбка и Алекс Лесли провели в тюрьме Таиланда уже месяц. За незаконный секс-тренинг в Паттайе они были арестованы, конечно, не потому, что в обществе — тайском или российском — неожиданно резко ужесточились моральные принципы. Лояльность к профессии сводников и к людям, с помощью которых сводники зарабатывают, сегодня, наоборот, высока как никогда. Как раз в результате этой возросшей лояльности рынок переполнился, и ориентироваться на нем стало, видимо, трудно.

«Коммерсантъ» от 31.03.2018

Глава из книги Ольги Романовой «Русь сидящая»

 

Русь сидящая

4.4.2018  Ольга Романова

В начале апреля в издательстве CORPUS/АСТ выходит книга Ольги Романовой «Русь сидящая», названная по имени созданного известной журналисткой движения помощи осужденным и их семьям. Книга иллюстрирована рисунками одного из самых известных сегодня заключенных — Олега Навального. И Ольга Романова, и Олег Навальный — постоянные авторы The New Times. Публикуем главу из книги

875467.jpg Я ее где-то видела, в какой-то другой ситуации. Пожалуй, если она улыбнется, я вспомню. Но ясное дело — она не улыбнется, она пришла к нам в первый раз. У меня в тумбочке лежат дежурные таблетки, сильные таблетки, иногда нужны, когда вдруг у новенькой слезы каскадным фонтаном, но, кажется, не в этом случае. Девушка пришла сильная и умная.
Ее зовут Миа. Ну, Миа так Миа, красиво, необычно. И сама красивая так, как я люблю: неброская, стильная, ухоженная, тощая. Лет 30–35. Пожалуй, сразу не определю, кто она такая. Бриллианты нарочито, расчетливо скромные, точечный подбор почти незаметен. Для жены удачливого до времени парня — слишком умна. Для дочки — и возраст не подходит, и недочкинская самостоятельность, и некоторая сухость, почти черствость. У самой проблемы? Тоже вряд ли, у нее хорошие бойцовские замашки и уверенность, о ее собственных проблемах я бы узнала только тогда, когда она оказалась бы в женском изоляторе, чего с такими барышнями почти никогда не происходит. Уж это было бы дело — так уж дело, бланманже с киселем, я бы знала.

— Я не знаю, чем вы могли бы помочь. Наверное, я за советом. У моей подруги посадили мужа, предпринимателя. Все документы у меня с собой.

Понятно. Стало быть, все-таки муж. И не подругин, а твой собственный. Ну как хочешь, пусть будет подругин. 

Смотрим документы, слушаем историю. Обычная такая кризисная история: жил-был муж, у него бизнес, причем довольно крупный, сильно перекредитованный. Не смог наш муж вовремя разобраться с одним кредитом, а это был кредит в серьезном банке с государственным участием, где в кредитном управлении работали лучшие друзья мужа; и вдруг банк стал недоговороспособным. Друзья перестали перезванивать. Мужа нашего кабельный завод на Дальнем Востоке, для которого был взят кредит, банк стал медленно, но верно отжимать. А муж вместо того, чтобы отдать заводик банку и перекреститься, оказал сопротивление, и его для сговорчивости пришлось арестовать. Давай, Вася, реструктуризируй долг из тюрьмы, раз такой умный. В общем, завод отобрали, можно было бы Васю и выпускать, но тут уж силовики вцепились. Кто ж его теперь отдаст, когда следствие работало, прокуратура пыхтела, обвинение утверждала, суд аресты продлял, тюремщики зарплату получали, охраняя опасного для общества Васю, — кто ж его отпустит? Да и банку теперь все совершенно монопенисуально и даже фиолетово — что сидит Вася, что не сидит, но с сидящим все же проще, есть гарантия, что не будет Вася попыток делать что-нибудь вернуть. 

Чем тут можно Васе помочь? Дело накатанное, лет семь получит, ну пять, если повезет. Если есть какие-нибудь смягчающие обстоятельства. Да, кстати, — они есть у него? 

— У него трое детей, — подумав, говорит Миа. 

Никогда бы не подумала, что у Мии трое детей. 

— Это не мои дети, это его дети от первого брака, — пояснила Миа, увидев подвисший слегка в воздухе вопрос. 

— Маленькие? 

— Маленькие. 

Ах ты ж стерва, целка-невидимка. Ну да ладно, бывает, дело житейское. 

— Простите за вопрос, но для тюрьмы это важно. А ваш брак оформлен? 

Нет, не оформлен. Да, она понимает, что нужно оформить, нужно слетать в Благовещенск и выйти замуж в тюрьме. Иначе она в деле никто, ее не будут пускать на свидания. Хотя можно ведь стать и защитником наряду с адвокатом, суд допускает такого защитника, а знаний и хватки у Мии вполне достаточно, а мы тут еще немножко ее поднатаскаем и все расскажем. Тогда можно и на свидания ходить почти как адвокату, то есть без ограничений. И денег это сэкономит, и время, и со свидетелями защиты кто, как не родной человек, поговорит и убедит на суд явиться и там блистать. 

Миа думает. 

— Я, видимо, не смогу пойти в защитники. На мне весь бизнес. Три завода, гостиничная сеть, девелоперские проекты, кредиты… Конференция еще в Сиднее, я не могу пропустить, меня партнеры не поймут. 

Фигасе невесты у господ предпринимателей пошли. Где-то я ее видела, точно. Спрашиваю в лоб. Миа смотрит на часы, извиняется, прощается и уходит. 

Исчезает. Через месяц приходит смс: «Давайте выпьем кофе. Миа».

Давайте. Про парня Мии я к тому времени уже много чего выяснила. И дело довольно громкое, и фамилия редкая, и бизнес заметный. В глянце есть несколько фоточек со светских вечеринок второго эшелона, где он присутствует с пухлой блондинкой, это явно предыдущая жена. О крушении брака нигде ни слова, только у меня в судебных файлах, которые мне оставила на флэшке Миа, в графе семейное положение значится «разведен». 

Пьем кофе. Миа все так же хороша и в меру душиста, хотя видно, что устала, и сильно, и давно. 

Миа не кокетничает и в лоб интересуется, не знаю ли я кого, кто мог бы решить вопрос за деньги. За любые деньги. Вася должен быть свободен. 

Я рассказываю ей, почему этого делать нельзя. Совесть и закон не привлекаю, это все Мию не проймет. 

Вот, мол, давайте соизмерять риски, говорю. Если его задорого на минутку выпустят из тюрьмы под подписку о невыезде, вы уедете. Кстати, с риском загреметь на границе и вернуться в ту же камеру. Имеются также долгие печальные перспективы в случае удачного выезда из страны — там никто и здесь хуже чем никто, и в самом лучшем случае 10 лет в розыске в Интерполе. Без гарантии, что не выдадут, и без гарантии, что это когда-нибудь кончится. А кончиться может за большие деньги, регулярно выплачиваемые хорошим тамошним адвокатам. Но скорее всего наши решальщики ее все-таки с самого начала кинут и обманут, и с этим ничего нельзя будет поделать: пообещают дело закрыть и не закроют. А ресурс хорошо бы начать экономить: в семье эти деньги не будут лишними, и ситуация эта надолго. Или, например, могут посоветовать отдать деньги за закрытие дела после полутора лет тюрьмы — это надо все, что есть, отдать. Причем всем, потом взять кредит и его тоже отдать — и это вообще без гарантий, что получится. Если не получится — уедете на этап с репутацией сладкой булочки, и вообще никогда с Васи не слезут, будут бить смертным боем и денег требовать, которых давно нет. А рецепт один: не надо давать с самого начала. Никогда никому не надо давать. Ты этим гадам краешек денежки покажи — потом пожалеешь. Разорят и растопчут. Не разбазаривайте имеющийся ресурс, парню еще пригодится. 

— Да, — соглашается Миа, — я это понимаю. Но я никак не могу объяснить Наташе, первой жене, что аппетит надо умерить. Она не слишком разумно себя ведет, а компания сейчас не может себе позволить непроизводительные траты. Я прикидываю затраты и эффективность, что для компании будет выгоднее: содержать Наташу и нашего владельца в тюрьме или выкупить его и содержать за границей. Мне нужно выработать позицию, убедить совет директоров и миноритариев. Мне надо рассчитать ки-пи-ай, не могли бы вы мне помочь и проконсультировать о размерах взятки в прокуратуре Благовещенска? 

Дожили. Рассчитываем, значит, эффективность взяток и оцениваем результаты методом сравнения как минимум. 

Я не выдерживаю и спрашиваю Мию, кто она такая и кем она приходится гражданину арестованному. 

Миа кивает, делает большой и деловитый глоток кофе. И начинает говорить с интонациями доклада отличницы в телепередаче «Школьники у микрофона».

— Вообще-то я секретарь. Мое рабочее место — в приемной руководителя, который сейчас сидит в тюрьме. Мне больше нравится слово «секретарь», хотя я скорее помощник, а с момента его развода я вообще партнер без юридически оформленной доли. Когда мой руководитель разводился, он временно выписал на меня доверенности по управлению компанией и записал на меня несколько офшоров. Я ему не жена и не подруга, но это долго объяснять. Он меня выучил, я окончила Колумбийский университет. Если для дела будет нужно, я поеду к нему в тюрьму, и мы оформим брак. Я вижу свою задачу в сохранении бизнеса и рабочих мест, для чего мне очень нужно вытащить из тюрьмы моего босса. 

Вот, значит, как. Стахановки идут на производство. Айн Рэнд аплодирует стоя, пока атланты расправляют плечи. Да, жаль, что эта история не про любовь. Все-таки целка-невидимка, да. Сухая, черствая отличница боевой и политической подготовки. 

Еще через пару месяцев Миа попросила меня помочь ей записаться на прием во ФСИН. Миа прислала первую страницу паспорта. Так я узнала, как ее зовут на самом деле. Миа оказалась Магидой, что в переводе с татарского — товарищ. И сокращение до Миа, в общем, оправданно — не Магой же девушке зваться. Как вы яхту назовете — так она и поплывет. 

…Спустя три года тот парень все еще сидел и сидел достойно. Его компания более или менее успешно работала. Миа забегала к нам несколько раз поговорить по делу — то на тему этапирования, то карантина, то про порядок получения облегченного режима содержания. Потом пропала. И явилась как-то раз без звонка, неуловимо изменившаяся, с коробкой конфет и еще с довольно большим кульком в руках. При ближайшем рассмотрении кулек оказался толстым младенцем в меховом комбинезоне из зверя, которого я бы на всякий случай почтительно назвала опоссумом. 

— Мы с Васей поженились, — сказала Миа и улыбнулась. 

А я вспомнила, где ж я ее видела. Она улыбалась с плаката довольно много лет назад, а плакат висел в моей придомовой парикмахерской и представлял то ли правильную стрижку, то ли краску. 

— Краску, — сказала мне Миа. — Это был мой первый бизнес, я из Америки возила краску, сама продавала, сама рекламировала. А потом встретила Васю.

Нет, все-таки эта история про любовь. Не ищет человек легких путей. Но добилась своего товарищ Миа.

   Читайте также:  

Монолог прокурора

На войну в атаку гонит пьяный командир

 

 

 

Провокация в больничной палате

«Дед не вытерпел»

Стало известно, кто зарезал пациента в московской больнице

3.4.2018

Стало известно, кто зарезал пациента в московской больницеФото: Телеграм-канал Следком

 

В Екатеринбурге, предположительно, охранники в «Русской медной компании» избили активистов челябинского движения «СТОП ГОК», которые хотели провести одиночный пикет

 

Фото: Телеграм-канал Следком

Менделеев – чемпион!_Спортивная

Менделеев – чемпион!

« Из последнего: В Солсбери применили газ «Новичок», а над Россией распылили нервно-паралитический «Дурачок».

23.3.2018

ФИФА утвердила новую структуру сборных на ЧМ-2018: вратарь, нападающие и химзащитники.

Рис. Сергея Тюнина

Привет отвалившимся «друзьям» из ОК

Рис. Александра Зудина

Грудями младенца
Елизавету II заподозрили в прохладном отношении к невесте внука: королева так и не соблаговолила лайкнуть выложенные в Сети эротические ролики с участием Меган Маркл.

Из сети

АССОШИЭЙТЕД СТРЕСС

  • Грозный. Чеченские спецслужбы задержали группу наблюдателей на избирательном участке и до сих пор заставляют их голосовать за Путина.
  • Бухарест. Здесь допрошены несколько госчиновников, подозреваемых в честности.
  • Москва. Россия накладывает на Британию новые санкции: в стране запретят тонкий английский юмор.
В окне брода нет 
В. Путин заявил, что если Украина пойдет по европейскому пути, в нее придется прорубить окно.

Актуальная бесэда

Нудно быть богом

Действующий президент Российской Федерации одержал нелегкую победу в борьбе за собственное кресло. «Бесэдеру?» удалось дозвониться до счастливого победителя и выяснить его планы на новую каденцию.

Путин. Дональд, ты? А, это всего лишь вы…

Корреспондент. Поздравляю с победой, Владимир Владимирович.

Пут. Ну давайте, давайте, смейтесь.

Корр. Вы недовольны победой?

Пут. Вы же не спросите у человека, доволен ли он днем рождения.

Корр. То есть, результаты выборов не были для вас неожиданностью?

Пут. Ну да, вы думаете, мне больше ничего не нужно? А где митинги в поддержку, где народная инициатива? Это все мне одному надо?

Корр. Спасибо за ваше время, Владимир Владимирович.

Пут. Просто обидно. Годами утюжу Сирию, отрываю от себя людям на пенсии, не вылезаю из телевизора, а этих неблагодарных приходится тащить на участок силой. Я уже не знаю, стоит ли продолжать наши с народом отношения.

Корр. Но на этих выборах вы набрали даже больше олосов, чем на предыдущих. Если бы вы захотели, вы бы могли стать даже президентом Израиля.

Пут. А вот это реально обидно. Мой рейтинг в других странах выше, чем дома. Как понимать? Если я вдруг умру, россияне вообще расстроятся?

Корр. Вас уже спрашивали про намерение баллотироваться на выборах 2030-го. Вы, кстати, об этом так ничего и не сказали.

Пут. Да что тут скажешь! Ну не могу я им отказать… смотрят, такие несчастные. А вы бы смогли?

 Путин святойРодион Фельдман
Как омерзительно в России по утрам…

 

Свежие записи

Архивы публикаций

Рубрики сайта

Просмотры